Вторник, 17.10.2017, 08:35

Аст Ахэ

Главная | Регистрация | Вход
Приветствую Вас Гость
RSS
Форма входа
Календарь
«  Апрель 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930
Поиск
Друзья сайта
Разделы дневника
Концепции игр [2]
Анонсы игр [0]
Отчеты с игр [4]
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 24
Мини-чат

Игровые заметки


Главная » 2009 » Апрель » 21 » Отчет с игры "Лейтиан - 2008". Автор - Эльта
Отчет с игры "Лейтиан - 2008". Автор - Эльта
15:31
Итак, феанариони попали в плен на Тол-ин-Гаурхот, Финрод получил письмо, в котором говорилось, что Саурон отпустит Куруфинве и Тъелкормо, если Финарато "будет гостем на Острове".

...Я бесцельно бродил по коридору, не в самом лучшем настроении. Безнадежность последних дней; досада на самого себя, отчаянные попытки найти хоть какой-то выход... Меня никто не упрекал, но с самого момента, когда я очнулся в палате Исцеления, я чувствовал вину. Перед кем? - не знаю... иррациональное горькое чувство не требовало обоснований, оно просто было. Как шрам от раны. Впрочем, от любой проигранной битвы остаются такие шрамы - незаметные, но больно саднящие душу...
Я увидел государя Финрода, поклонился ему, старательно пряча взгляд - смотреть ему в глаза мне было тоже мучительно стыдно. Каково же было мое удивление, когда государь легко коснулся моего плеча: "Иди за мной". Я почувствовал, что происходит что-то не совсем обычное.
...Мы уходили тайно, под покровом ночи, в самый глухой час. Знал ли еще кто-то в Нарготронде о решении Финарато? Вероятно, знали. Но на всем пути к воротам нам не попалось ни одной живой души. Кроме Даэрона. Менестрель ждал нас, стоя в тени у ворот и присоединился к нам без единого слова...

Финрод, Эдрахил и мой дядюшка обсуждали, что делать, когда мы придем на остров. Я не встревал - мне нечего было предложить. Даэрон тоже; мы шли молча, рядом... Это молчание сближало сильнее, чем многочасовые разговоры. Я корил себя за когда-то сказанные неделикатные слова. Хотелось попросить прощения. Однако мне казалось, что просить прощения сейчас означало бы лишний раз намекать на то, что мы идем по дороге, ведущей в Мандос. Получилась бы очередная бестактность. Я молчал, а в измученном душевными страданиями взгляде Даэрона иногда мелькала грустная теплая усмешка...

Мы остановились в некотором отдалении от крепости, теперь выглядевшей угрюмо-зловещей. Финрод подошел к мосту, перекинутому через крепостной ров. До нас долетали лишь обрывки фраз. Финрод положил меч на землю и медленно пошел по мосту. Ворота растворились, чтобы через миг снова захлопнуться за ним... 

..Дальше мы стояли довольно долго на дороге, несколько деролясь и пытаясь сообразить по жизни, что же нам делать дальше. Было холодно и неуютно. Подходили глюки, в том числе Тинве и Суулаир, на которых я зашипел, как разозленный еж: "Вас тут нет!" Потом появилась Итиллин, и я долго не мог понять - она пришла глюком или догнала нас по игре? Зная ее, я склонен был предположить второе... 
Калитка распахнулась, и из нее быстрым шагом вышло нечто. Я не сразу узнал Саурона; остальные, видимо, тоже были в недоумении: Саурон это или мастер ТБ? - особенно сбивал с толку серебряный венец в волосах, в свете фонарей казавшийся белым.
- Вы что, видите на мне белый хайратник? - бросила Гвай, уже почти пройдя мимо нас. Еще секунда ступора, чтобы сообразить, что игра продолжается..

..Даэрон опомнился первым, с невероятной для раненого скоростью бросился к врагу, выхватывая меч:
- Стой!
Менестрель вызвал Саурона на поединок. Такие вызовы не отклоняют даже служащие Тьме; и Саурон принял его, однако меча не обнажил. Даэрон застыл в напряженной позе: он так легко мог сейчас ударить, одним движением покончив с самым безжалостным из прислужников Врага. Но - это против чести. Может быть, кто-то потом, прочитав в хронике о событиях этой ночи (если, конечно будет кому о них рассказать), спросит: Почему вы не использовали свое кратковременное преимущество? Может быть... Осуждайте, если хотите; что касается нас, то никому не пришло в голову даже вынуть меч из ножен - после того, как прозвучали слова вызова. 
- Я не дерусь с безоружными, - хрипло, словно выплевывая слова в лицо врагу, сказал Даэрон.
- Разве твое оружие - меч? - Гортхауэр отвел чуть в сторону стальное лезвие.
Даэрон кивнул, словно и не ожидал ничего другого. 

Древнее заклятье тебя спасет,
Яркий звездный свет в темноте зажжет;
Если ты в пути, и прекрасна цель, -
"А Элберет Гилтониэль..."

Если ты силен и отважен сам,
Можешь ты довериться чудесам
Выручат они средь чужих земель,
"О менель-палан дириэль"

Если нет злодейства в душе твоей,
Если ты спешишь выручать друзей,
Если гневом сердце твое зажглось,
"Лэ нэллон си дин'гурутос"

Честен кто и доблестен - лишь того
Выручит эльфийское волшебство,
Чтобы, что назначено - все сбылось:
"А тиро нин, Фануилос!"

А Элберет Гилтониэль,
О менель-палан дириэль,
Лэ нэллон си дин'гурутос,
А тиро нин, Фануилос!

Простые слова зажигали огонь надежды в сердцах. Простые - а кто сказал, что заклятие должно быть составлено из слов, понимание которых доступных лишь мудрым? Заклятие окружало нас светлым покровом, - кружевом из пройденных дорог, серебристых звезд и золотых ветвей, поющей стали мечей, надежных рук друзей, звенящих струн арфы, - все то, что мы любили в своей жизни, все то, чему отдавали свои сердца, было сейчас с нами, и делало нас сильнее...

Что же ответит на это враг?

Все кончается, мой друг, 
разрывают кольца рук 
свитые в тугую плеть 
боль и сказка свет и смерть. 

Просто, чтобы каждый знал, 
что всему, что он искал, 
скоро тлеть углем в золе, 
скоро гнить в сырой земле. 

Заклятие было сильным. Особенно страшило то, что ритмичные строки пробирались в сознание исподтишка, мягко и незаметно парализуя волю. Темное пламя, обманчивое тепло... завораживающее медленно и неотвратимо. 

Не грусти, не плачь, не бойся. 
это просто проблеск солнца 
в темных путах наших снов, 
в ржавчине оков. 

Все кончается, мой друг, 
это наш последний круг. 
не ищи судьбы своей 
в бледных призраках вещей. 

Смерть не казалась страшной. Заклятие заставляло почти желать смерти, как ласкового сна без проблеска, темного провала - успокоение, забвение, небытие...
Рядом коротко, резко вздохнул Эдрахил. В сознании прозвучала мысль-осанве: "Держитесь!"

Всё, к чему вела нас страсть, 
скоро все должно упасть, 
и за этот острый край 
выходи - гостей встречай. 

Это просто лунный свет, 
никакой защиты нет, 
в сердце - пламенный рубец, 

это ваш конец... -

тихо, почти шепотом закончил Саурон, с бледной улыбкой подавшись к Даэрону.
Менестрель встряхнул головой - как будто на него темная магия не произвела совершенно никакого впечатления, и начал песню в ответ.

Еще одно темное заклятие - но мне кажется или прислужник Врага утратил уверенность в своих силах? Хотелось надеяться на это. Хотя не исключено, что он, напротив, настолько уверен в победе, что может позволить себе играть с противником, как кошка с мышкой... или же приберегать самые сильные заклятия напоследок. Как бы то ни было, вторая песня Гортхауэра уже не так застилала глаза и туманила душу. 

У нас появилась некоторая надежда - я понял это несколько мгновений спустя, когда высоко и чисто зазвенел голос Даэрона. Я отстраненно подумал, что никто из живущих не слышал еще такой песни... Почему самые прекрасные моменты в жизни случаются тогда, когда тревога почти не оставляет в сердце места для восхищения красотой?.. Эта песня была действительно лучшим из того, что мне доводилось слышать; и слова ее, и голос менестреля - все было исполнено того вдохновения, которое дает силы совершить невозможное...

Прочь облака летят,
В небе - жемчужный блеск,
И серебром дождя
Щедро нас дарит лес.
Сеткой хрустальных струн
Ветви переплетены.
Кажется, мир так юн,
Что не узнал войны.

Там, где проходим мы, 
Сколько хватает взгляд,
Реки грозой промыв, 
Тонет в ночи земля.
Мокрым речным песком,
Словно по облакам, 
Через весь мир пешком
Держим мы путь в закат.

Моря янтарный дым,
Огненный небосвод...
Наши легли следы
С края земли - вперед.
И в небесах разлит
Этой дороги свет -
Лаурелина лист,
Тельпериона ветвь.

Были мы или нет -
Припомнить мудрено.
Песня - единый след
Наш на груди земной.
Мокрым речным песком,
Словно по облакам,
Через весь мир пешком
Держим мы путь в закат.

Гортхауэр отступил на шаг со странной досадливой усмешкой.
- Что ж, менестрель... От тебя на земле останется только песня - как ты и хотел... - в резком голосе почудилась тень уважения.
Прислужнику Врага действительно нечего было ответить. Он пытался сохранить лицо, но победа Даэрона была очевидна.
Менестрель стоял очень прямо, видно было, что песня отняла у него все остатки сил, но его лицо светилось невероятно ясным и чистым светом.
- Взять их!!! - крикнул Саурон, разворачиваясь и направляясь к своей крепости. 
Мы сомкнули строй и обнажили мечи. Мы почти наверняка должны были умереть - но главный бой был уже выигран, и перед величием победы Даэрона мысль о смерти казалась просто никчемной...

Я не знаю, что стало с нашим отрядом, остался ли жив кто-нибудь. Я не знаю о дальнейшей судьбе Даэрона. Потому что через две минуты мы стояли под реальным обстрелом плечом к плечу с недавними врагами. На Тол-ин-Гаурхот звенели стекла, разлетаясь под ударами булыжников. Еще через пять минут, услышав приказ кого-то из ТБ, кто взял на себя руководство обороной: "уходите!", я бросился в Нарготронд разыскивать своих друзей. А через полчаса мы в бешеном темпе складывали оружие на чердаке...

У нашей истории открытый конец. Но так или иначе - мы победили. Разве не так

Категория: Отчеты с игр | Просмотров: 350 | Добавил: Тхайрет | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017
Сайт управляется системой uCoz